Интервью Барби Уайлд

BARBIE WILDE (Female Cenobite)
Представляем интервью Антона Вильгоцкого с Барби Уайлд, исполнительнице роли Женщины-Сенобита в фильме «Восставший из ада II».

«Привет всем российским фанатам «Восставшего из Ада»! Как вы, наверное, знаете, я стала частью команды ‘Hellraiser’ уже во время съемок второго фильма серии, имеющего подзаголовок ‘Hellbound’ — в первой части Женщину-Сенобита играла актриса Грейс Кирби. Участвовать в этом процессе было очень интересно — поскольку до «Восставшего» мне никогда прежде не накладывали настолько сложный грим. Команда гримеров смастерила копию моей головы.

Затем они спроектировали и создали накладные латексные части, специально разработанные под меня, которые были приклеены к моему лицу медицинским клеем. Их приклеивали после того, как мои волосы были скрыты под купальной шапочкой. Затем они тщательно загримировывали меня. В последнюю очередь прикрепляли фрагменты, изображающие рассеченное горло и пирсинг, который был продет сквозь те самые накладные части. Весь этот процесс занимал около четырех часов. Я должна была сидеть в кресле совершенно неподвижно и не разговаривать. Это было по-настоящему трудно!

Потом еще полчаса уходило на то, чтобы нарядиться в демонический костюм. Впрочем, мне, наверное, все же приходилось полегче, нежели Кену Крэннему (игравшему в ‘Hellbound’ доктора Ченнарда), над которым бригада трудилась по шесть часов, чтобы превратить его в сенобита!

Конечно, в наши дни все эти вещи с детализированным гримом и костюмами могут занимать даже еще больше времени, и некоторым актерам такой процесс нравится. А так, мне вспоминается случай, когда один актер на съемках фильма ужасов (кажется, то был Джон Херт из «Человека-слона») заснул, пока бригада накладывала ему грим. Обалдеть!

Когда с меня впервые сняли всю эту резиновую шкуру, я заметила, что моя кожа стала ярко-розовой. Мой гример сказал: «Это из-за кислородного голодания». Ну нифига себе!

На съемках я познакомилась со многими замечательными людьми. Мои товарищи по съемочной площадке были приветливы, профессиональны и просто восхитительны, а гримеры были очень талантливыми и терпеливыми. Ну и, конечно же — я принимала участие в проекте, неразрывно связанном с именем Клайва Баркера! Это само по себе является большим достижением, я считаю».

— Как вы относитесь к творчеству Баркера в целом?

«Я думаю, что Клайв гениален. Мне нравятся его картины, которые обворожительны и пугающи. И мне очень нравится, как он пишет. Кстати, я как раз недавно перечитывала его повесть ‘Hellbound Heart’, которая легла в основу самого первого фильма серии «Восставший из Ада», и в очередной раз убедилась в том, что это — шедевр лаконичной, сексуальной и пугающей литературы».

— Известно, что были несколько сцен, которые не вошли в итоговый вариант фильма. Как думаете, стал бы второй ‘Hellraiser’ лучше, если эти эпизоды все-таки попали на экран?

«Некоторые сцены, о которых люди думают, что они были вырезаны, на самом деле никогда были даже сняты. Как, например, наиболее широко известная из них, в которой я и Даг Брэдли должны были предстать в костюмах хирургов. Согласно сценарию, Керсти и Тиффани бегут по коридорам больницы и натыкаются на врача с медсестрой, которые затем превращаются в Пинхеда и Женщину-Сенобита. Однако, однажды кто-то подсчитал, что создание специальных эффектов для этого эпизода понадобится потратить по меньшей мере пятьдесят тысяч долларов. Поэтому сцену пустили под нож. Признаться честно, я не знаю, сделала бы она фильм лучше, или нет.

Вспоминается также, что в изначальной версии сценария у отца Керсти была одна из главных ролей. Однако актер Энди Робинсон, который играл Ларри Коттона, в последнюю минуту покинул проект по каким-то своим причинам. И автору сценария, Питеру Эткинсу, пришлось срочно переделывать текст, убирая и добавляя разные сюжетные ходы».

— А в настоящее время вы с Клайвом общаетесь?

«Мы общаемся с ним в «Фэйсбуке» и «Твиттере», но лично не виделись с начала девяностых. Хотя, несколько лет назад мы разговаривали с ним по телефону, когда все Сенобиты собрались на хоррор-конвенте в Голландии, а Клайв позвонил на мобильный исполнителю роли Пинхеда, Дагу Брэдли».

— Расширенная вселенная мира «Восставшего из Ада» является намного более широкой и глубокой, нежели то, что можно видеть в фильмах. И, несмотря на то, что ваш персонаж, Женщина-сенобит, погибает в ‘Hellbound’, она потом возвращается в комиксах. Как думаете — возможно ли, что легенда когда-нибудь получит свое продолжение на экране, с новыми идеями, почерпнутыми именно из этих комиксов? И еще — хотелось бы вам когда-нибудь снова сыграть «Female Cenobite»? Может быть, не обязательно даже именно ее, но какое-нибудь другое создание из глубин Ада?..

«Мифология «Восставшего из Ада», кажется, никогда не закончится. В новых выпусках комиксов происходят просто потрясающие, удивительные вещи! Также существует множество рассказов, написанных по мотивам «Восставшего из Ада». Несколько лет назад я сама написала рассказ под названием ‘Sister Cilice’, который повествует о том, как именно Женщина-Сенобит стала участницей Ордена Гэша. Это произведение вошло в антологию, озаглавленную ‘Hellbound Hearts’. Чуть позже я написала и продолжение этого рассказа.

Что до моего личного восприятия, то мне нравится рассматривать фильм «Восставший из Ада» с женской точки зрения, и я думаю, что сестра Селиция, она же «Женщина-Сенобит», могла бы быть идеальной кандидатурой для того, чтобы возглавить Орден Гэша. В конце концов, в оригинальном литературном произведении главный сенобит был женского пола! Было бы забавно увидеть разборку в Аду между Селицией и Пинхедом».

— Что вы думаете о наиболее поздних, «неклассических» выпусках киносерии ‘Hellraiser’: фильмах «Инферно», «Поиски Ада», «Мертвее мертвого» и «Адский мир»?

«К сожалению, я их не видела. Я смотрела только два первых фильма из цикла «Восставший из Ада». Но я могу сказать, что самый последний фильм, который вышел в 2011-м и называется «Восставший из Ада: Откровения», был просто отвратителен!»

Оригинал интервью был опубликован в журнале «Dark city» как часть большого материала Антона Вильгоцкого о творчестве Клайва Баркера.